Я говорил с Vince’ом. Мы обмениваемся SMS. Он любит это дело, как и я. И я писал пару раз Tommy и Mick’y, но никто из них не ответил. Когда всё закончилось, всё закончилось не очень, чел. Мы все смотрели в разные стороны. Но по мере течения времени я лишь «держал связь», потому что мы начинали всё дело вместе. Я не хотел пытаться что-то сделать и собрать команду заново, я просто… «Эй, приятель…» Просто держал связь.
По словам Nikki, одной из причин распада группы стал тот факт, что они были одними из законодателей жанра:
Когда четыре парня собрались вместе, мы пришли к соглашению по определённой идее, и каждый вложил что-то от себя. Не думаю, что Mick Mars был фанатом панка. Я панк по жизни и всегда таким был. Мой подход такой: я люблю тяжёлый металл, но я никогда не был каким-то супермузыкантом, фанатом. Я был из серии: «Мне нравится, что здесь и сейчас делает Eddie Van Halen», но я не смотрел на это в плане техники. В команде были другие технари. Так что они принесли свои навыки, я добавил свою анархию. И я огромный поклонник текстов, это мой источник движения. И никто в команде не писал текстов, я написал все тексты. Все эти посылы. И у Vince’a был голос, никто не звучал так, как он. Он был как вулкан, как пистолет Гатлинга. Он принёес в команду этот навык. И никто не играл как Tommy. Ему было 17—18, когда я его встретил. Он был просто монстр, он был чем-то — чем-то сверхчеловеческим. И он играл супер, а я играл просто, и это работало. Если бы я играл навороченно, он играл навороченно, то всё звучало бы не так. Так что его энергетика была большой движущей силой для команды.
Спустя годы Tommy хотел стать другим. Он влюбился в хип-хоп. Для меня это не проблема, но это было странно для нас. Мы такие: «А где Tommy?» А потом он увлёкся… Я не знаю, как назвать эту фазу… Он увлёкся EDM. Ну да ладно, он был молодой и взрывной, но Tommy говорил: «Если бы Motley Crue этим занялись, было бы не очень?», на что я ему отвечал: «Я хочу, чтобы Motley Crue оставались Motley Crue«. Так что если представить, будь я Angus Young, который говорит: «Вот песня, называется «Highway To Hell», и если представить, что Tommy Malcolm, который сказал бы: «Слушай, а не было бы плохо, если бы это звучало как у других?». И Angus ответил: «Ты что, с ума сошёл?» И потом появляются обидки. И он заявляет: «Ох, Nikki тянет группу назад». Я же хотел, чтобы группа была Motley Crue. А Mick пассивен. Мы делали несколько альбомов с продюсером Scott’ом Humphrey, который злил его тем, как относился к его игре. Так что Mick хотел соскочить, подбивал Vince’a уйти из команды. А временами между нами всё было прекрасно.
В итоге разногласия между участниками, имевшими каждый своё видение процесса и развития группы, стали невыносимыми:
Мы были четырьмя людьми с разными взглядами. Иногда есть группы, где четверо исповедуют одну идею — это Metallica Они говорят: «Мы такие, какие есть. Мы металл. Это даже отражается в нашем названии». Даже несмотря на то, что они делали довольно безумные альбомы, они осознали это. Полагаю, что нашим осознанием стало: «Давайте просто оставим наше наследие таким, какое оно есть».
Несмотря на подобные разногласия, Sixx смотрит на карьеру Motley Crue с гордостью и настаивает на том, что ничего плохого про кого-то из участников команды сказать не может:
Мы все хотели чего-то с начала, а потом мы все захотели что-то другое. И тот простой факт, что я хотел что-то одно, а кто-то другой мог хотеть что-то другое, не делает его плохим. Это лишь означает, что для нас настал момент, когда быть в одной группе стало невозможно.
Музыка меняется, люди меняются. Перемены нормальны, нормально не справляться со своими обязанностями, и нормально все отпустить. И я не выходил к прессе или еще куда-то и не говорил ничего плохого ни о ком из команды. Я не думаю, что мне это нужно. Я полагаю, что мои разочарования в Motley Crue сопоставимы с разочарованием других в Motley Crue. Но когда ты это все начинаешь опускать… Вы спрашивали меня, общаюсь ли я с кем-то из группы… Я просто поддерживаю связь, потому что это то же самое, что «Эй, привет. Как вы там, ребята?» Вот и всё. Как на первом дне репетиции.
Мне насрать, если Mick Mars захочет спрыгнуть с Эйфелевой башни со сраным факелом, играя сраного Steve’a Ray’я Vaughanэf в сраном пуш-ап-бюстгалтере. Это что-то вроде: «Ну и замечательно! Но это не моё. Я ничего не хочу, я не зову тебя, потому что я просто пытаюсь стимулировать что-то сделать». Я просто поддерживаю связь. Но когда первый момент прошёл, я не стал просто поддерживать связь. Я немного смягчился.
Sixx сказал, что решил возобновить отношения с коллегами, потому что помнит о совете, полученном несколько лет назад, когда у него был сложный период в жизни:
Как-то мой АА-спонсор сказал: «Когда ты будешь действительно готов к программе, это будет момент, когда проблемные вещи станут для тебя проще». Я был в процессе развода и сказал: «Чувак, если бы тормоза над обрывом отказали, я был бы рад. Я бы покончил с разводом, а она была бы мертва». На что получил ответ: «Эй! Ты должен позволить тому, что пошло не так, стать для тебя жизненным уроком и смягчить тебя».
Смотри, многие сказали бы: «Эти ребята, я хотел бы сделать вот то и это, а они просто глупые. Тот просто урод, этот пьяный, еще один толстый, а последний и вовсе дурачок. Он хочет быть в электронной команде». «Nikki погряз в болоте и не хочет перемен». А знаете, что на самом деле? Почему бы просто не помнить об этом как о чём-то классном? Что было, то было.
Когда ведущий привёл в пример Skid Row, имеющих свои примеры дисфункции, связанные с бывшим вокалистом команды, Sebastian’ом Bach’ом, Nikki ответил:
Я говорил как-то с ребятами из Skid Row, и всё в итоге пришло к тому, что тебе уже не двадцать один, у тебя есть дом, жена, и у каждого в группе то же самое, у них есть то, что они хотели, но им также хочется и немного мира. Я не хочу просыпаться каждое утро с какой-то грёбаной драмы. И я не хочу, чтобы эта грёбаная драма сопровождала каждый день моей жизни.
Я очень рад, что Motley Crue приняли решение, потому что больше никаких сообщений в духе: «Мы не можем согласиться с этой грёбаной обложкой». Это же: «Да ну на уйг, чувак!» Это обложка. Вы, ребята, победили. Всё на два процента меньше». Но ведь то же самое и с остальным…
Вернувшись к делам Skid Row, которые отказываются объединяться с Bach’ом, несмотря на предложения промоутеров, Nikki сказал:
Что касается Skid Row, я не думаю, что они хотят… Они просто думают: «Чувак, если бы ты мог просто петь… Но ты же не сможешь»
